Deja Vecu [Уже пережитое] - Георгий Евгеньевич Кузьмин

– Да, но в этом случае действительно никто, кроме меня. Если бы я ему мстил за прошлые обиды, то да – личная вендетта и сведения счётов. Унижение за унижения. Гордыня, короче говоря. Но я-то собираюсь предотвратить то, что он совершит в будущем, пресечь всё плохое, что этот человек может сделать. За это мне никто медаль не вручит и премию не даст. Да и меня он сейчас не тронет, поэтому вопрос о самозащите не стоит. Тут моих личных мотивов просто нет.

– А если ты ошибаешься.

– Я разучился это делать…

– Ой ли, парень, пафоса поубавь! Ладно, давай начинать. Отойди и не шуми, он не должен слышать никого, кроме меня.

Спустя полтора часа из синий двери заброшенной котельни вышел Карл Фрейксон, который больше никогда не услышит в свой адрес настоящее имя и настоящую фамилию. Пройдя до тонированной «девятки», он без посторонней помощи закинул сумку в багажник, и пройдя к нужной двери, сел на переднее пассажирское место. Сделал он это так буднично, такими привычными движениями, будто это был обыкновенный четверг, а он сел в обычное такси после утомительного рабочего дня. Будто никто и не вторгался в его подсознание, чтобы запереть его настающую личность в глубине воспоминаний. Навсегда.

– Враг внутренний повержен, – бубню себе под нос, провожая взглядом удаляющуюся машину.

– Враг внутренний? – удивился Евгений, выйдя вместе со мной на улицу.

– Да, – киваю ему, выдыхая белое облачко пара. – Так сказал один человек, которого я встретил в Нью-Йорке через семьдесят лет: «за свою жизнь человек должен победить три врага: врага внешнего, врага внутреннего и чужого врага-бога». Господин Фрейксон своим гипнозом родил во мне внутреннего врага. Кстати, он будет помнить эту поездку?

– Нет, завтра он проснётся, и будет думать, что вчера был на работе, с которой его уволили. А куда они его повезли?

– На новую квартиру, где его не будут искать «старые знакомые». Я там установил наблюдение, что бы контролировать его в ближайшие полгода. Помогу господину Фрейксону не умереть с голоду и встать на ноги. Думаю, устроить его в какую-нибудь частную клинику, будет твоим коллегой. Ему нужны будут какие-нибудь вещи, которые будут подпитывать новые воспоминания?

– Не обязательно. Я ему дал общую картину – когнитивный вектор – а его подсознание само будет подстраивать окружение под новые установки. Такова наша природа: нам достаточно почвы под ногами, а сознание само дорисует детали и всю конкретику, чтобы довершить картину мира, и быть в полной определённости.

– Ну что же, это меня вполне устраивает. Пойдём, попьём чаю и поговорим по поводу оплаты.

– Пойдём, – ответил Евгений Егорович, поворачиваясь обратно к теплу котельни, где нас ждали горячая печка и ароматный чай, которые так необходимы человеку после двадцатиградусного мороза.

Шаг четвертый – устранить гипнотизера.

Глава 5

Возраст: 18 лет

Место: Москва

– Ещё кофе? – склонилась над мной официантка, пуская солнечных зайчиков линзами очков.

Секундная стрелка громоздким молотом вбивает в тело циферблата обратный отсчёт, приближая старт операции, к которой я готовился полтора года. Полтора года без ежедневника, без возможности исправить ход действий или переиграть события в собственную пользу. Всё это время пожертвовано на исполнение одного плана, кульминация которого должна разыграться через несколько минут.

– Нет, спасибо, – улыбаюсь кареглазой брюнетке через козырёк своей серой бейсболки. – Счёт, пожалуйста.

Сердце от волнения отбивает тяжёлый монотонный ритм в груди, отдаваясь оглушающим резонансом в ушах и рикошетом отскакивает в пятки. Мимо моего столика проплывает ленивая июльская истома, расплавленная знойным полдником и горячими скидками на бизнес-ланчи. На комплексные обеды степенно тянутся вереницы владельцов деловых костюмов и обладатели рабочих мест в офисных застенках. Жертвы иллюзорной мании величия, вскормлённой мыслью «я работаю в центре Москвы».

– Хорошо, сейчас принесу ваш счёт, – стрельнув безукоризненной улыбкой, официантка буквально испаряется в толчее забитых столиков.

На меня никто не обращает внимание: ни набитые собственной важностью менеджеры среднего звена (так вот как я выглядел со стороны!), рассаживающиеся на открытой веранде кафе, ни обслуживающий персонал в одинаковых фартуках, ловко шныряющий от одного посетителя к другому. Да и кто здесь обратит внимание на молодого парня в синей футболке и маленьким портфелем за спиной? Кто заостряет внимание на обыкновенном курьере? Главные герои местного контингента – это хозяева чрезмерно дорогих автомобилей и обладатели безделушек, представляющие из себя «обязательные атрибуты успеха». Зря эти товарищи уделяют такое внимание внешнему виду. Внешность бывает ой как обманчива, и порой паренёк в потёртых джинсах и серой бейсболке может обладать куда большей властью, чем кажется. С точки зрения академической конспирации мне бы сейчас деловой костюм да портфель в руки, но я ставлю на психологию – социальный барьер в этом месте оттолкнёт от меня куда больше взглядов. Сколько из прохожих обернётся на грязного бомжа? Сколько из них вспомнит его лицо? Общественный статус штука сильная, если уметь ей пользоваться.

– Ваш счёт, – вернулась ко мне официантка.

– Спасибо.

Летняя веранда находится прямо напротив входа в бизнес-центр, где последний этаж полностью принадлежит Кулачёву. В здании, где на каждом шагу висят камеры наблюдения и повсюду ходят толпы людей, он расставил вокруг себя кучу охраны и предусмотрительно выбрал себе самое безопасное место для ведения дел. С чем-чем, а с инстинктом самосохранения он явно не испытывает дефицита. Добраться до Кулачёва до того, как он организует свой первый теракт – шаг номер пять.

На этот раз противник куда как серьёзнее, чем одинокий Фрейксон потерявший память, ведь в последствии Кулачёв может меня вычислить и начать преследовать. Даже если сам он не увидит моего лица, то его служба безопасности легко выйдет на след по записям с наружных и внутренних видеокамер. Следовательно, условия задачи таковы: нельзя попадаться в объектив камер и входить в прямой контакт с персоналом "с глазу на глаз". Единственный способ выполнить все условия, это прошмыгнуть в здание незамеченным через гостевой холл. Иным путём пройти в бизнес-центр не получится – все технические входы хорошо заперты или плотно набиты персоналом и охраной. По поддельным документам пройти через проходную тоже невозможно, лицо "засвечу". Значит мне ничего не остаётся, как вбежать в здание, перепрыгнуть через турникеты и косым путём добраться до последнего этажа, попутно увиливая от охранников.

– Спасибо! – кричу официантки, и захлопнув счёт, встаю со своего места. – Кофе был очень вкусным…

Правда, пройти через главный вход задача не из лёгких – в холе с турникетами установлено одиннадцать камер, четыре из которых имеют угол обзора в сто